Читая новости о происходящем в Республике Беларусь, я часто невольно задумывался о механизме власти, принципе устройства правительственной системы страны, играющих решающую роль в политических процессах, которые переживает наша страна. Жёсткое разделение общественных обязанностей в понимании белорусского правительства, при котором политика фактически является монополизированной сферой жизни общества, отданной на откуп представителям власти, носит явные черты авторитаризма. С другой же стороны, по меньшей мере формально управление внутренними социальными и политическими процессами происходит не только в кабинете президента. Это значит, что даже будучи страной авторитарной, Беларусь всё же имеет более сложное политическое устройство, нежели минимально необходимые для авторитаризма условия. В то же время, следует заметить, что для функционирования даже авторитарной власти необходим не только единый правитель как верхушка пирамиды, но и какие-то факторы, которые обуславливают авторитет его власти, поддерживают его на необходимом уровне и делают его обладателя фактическим, а не номинальным, верховным политиком. Этим часто пренебрегают люди, стремящиеся по возможности упростить интерпретацию существующей структуры, либо её описание. В то же самое время для диалога с правительством и правильного понимания происходящего необходимо и правильное понимание его устройства, а также правил, по которым оно функционирует.

Ограничения моральные и этические должны быть обусловлены не буквой закона, а быть заложенными в сознании людей. В том числе и поэтому определить понятие демократии весьма сложно, ведь оно подразумевает политическое устройство, предусматривающее соблюдение весьма субъективных моральных и этических норм, которые находятся лишь в головах людей, воспеты людьми, и вообще не поддаются точному недвусмысленному определению. Это не может не вызывать разночтений и самого понятия, которое основывается на субъективном. При этом итог демократических процессов в общем их понимании без побочных эффектов, - то, что может почувствовать любой рядовой гражданин, принимается обществом как вполне понятный и естественный, обычно не вызывая при этом никаких противоречивых вопросов. Например не нужно никого убеждать в том, что суд должен быть честным, а выборы – всенародными. При этом между людьми не утихают споры о том, по каким признакам определяется степень честности суда или выборов. Субъективная часть определений демократии и их несовершенство больше используются в борьбе между политическими оппонентами и в целях спекуляций, нежели для воплощения демократии в реальность, либо поддержании её на должном уровне. В качестве примера можно привести цитату Бориса Грызлова: «Парламент – не место для дебатов». Очевидно, что эти слова слишком серьёзны для простого несовершенства определений демократии, а тем более когда слова адресованы народу, который традиционно далёк от таких понятий как «демократия» и «парламент». Но в то же самое время, не стоит забывать, что формально парламенту РФ уже много десятилетий, а пренебрежение демократическими ценностями в РФ всё ещё совершенно не очевидно для большинства её населения. Больше того, сказанное Борисом Грызловым никак явно не противоречит ни одному определению демократии, а только лишь вытекающим из её определений следствиям. Эти слова лишь настораживают людей, которые разбираются в политике, которые руководствуются каким-то усреднённым понятием демократии из всех, которые им известны, понимая их общую суть. Но общество, погрязшее в формализме, редко предъявляет к себе такие интеллектуальные требования. Но Борис Грызлов, в отличие от простых людей, которые понимают значение демократии, может в каких-то целях руководствоваться любым из её определений, используя его слабые стороны и недостатки по своему усмотрению. Таким образом, мы только что рассмотрели пример спекуляции на понятии демократии в стране-соседке Республики Беларусь, что поможет нам в дальнейшем анализе ситуации в нашей собственной стране.

Республика Беларусь появилась на карте мира в интересную и довольно сложную эпоху с политической точки зрения. В то время как другие европейские государства, географически близкие к Беларуси, развивались демократически, наша страна, находясь в составе СССР, только лишь накапливала отставание от этих стран, во многих из которых демократии насчитывается уже сотни лет. Всё это в совокупности с собственными внутренними проблемами белорусского этноса делает Беларусь в данный момент неспособной конкурировать с ними на политической арене, где основополагающим понятием является демократия. Аналитики часто недооценивают именно то время, в которое Беларусь стала независимой, сосредотачиваясь либо на её собственных проблемах, либо на преимуществах других стран, где проблема демократии не стоит на повестке дня. Белорусский народ не имеет накопленный опыт и истории своей демократии как таковой, за исключением нескольких лет, которые не определяют картину в целом. Кроме того, демократию в Беларуси едва ли можно назвать отвоёванной. Возможно, это было бы справедливо утверждать в отношении демократических сил, которые существовали в БССР ещё до Республики Беларусь, однако для народа внезапно полученные свобода и демократия были больше похожи на рождественский подарок, а попытки привить демократию в политике и в обществе очень напоминали сюжет басни Крылова «Мартышка и очки» (из цитаты В. Шендеровича), стоит лишь вспомнить хотя бы обстоятельства отстранения от должности спикера С. Шушкевича. Этот «взрослый» рождественский подарок потребовал от людей большей самостоятельности, большей ответственности, а также большей гражданской компетентности, к чему белорусский народ готов ещё не был. А так как демократия не была взята самими людьми, дозревшими до сложной и интересной политики, она не могла быть оценена ими в полной мере. В то же самое время, давно фактически мечтавший о независимости народ не хотел казаться менее цивилизованным, чем его более компетентные в гражданских делах соседи, как, в прочем, и производить на них ещё более плохое впечатление, чем оно уже было на тот момент. Это привело к тому, что демократия была формально принята народом и правительством, но фактически не была ими усвоена и оценена по достоинству, что и создало угрозу демократии в Республике Беларусь, а после – нанесло ей сокрушительный удар. Именно по этой формуле и развивалась дальнейшая политика Республики Беларусь, именно это до сих пор вводит в заблуждение очень многих наших соотечественников.

Формально в РБ существуют три ветви власти - законодательная, судебная и исполнительная, что полностью соответствует демократическим нормам и сходится по принципу с распределением власти в других демократических странах. Существуют также государственные институты Национальное собрание и Совет Республики, которые относятся к законодательной власти. Их роль в целом сводится к тому, чтобы путём дискуссий и голосования, они принимали и упраздняли законы, выдвигали различные политические проекты, и фактически в отдельных случаях они могут представлять интересы как народа, так и власти. Однако все законопроекты, которые были инициированы лично президентом, без исключения проходят все необходимые формальные процедуры и начинают действовать не сопоставимо быстрее, чем выдвинутые по инициативе депутатов. В то же самое время, не было ни одного существенного прецедента непосредственного влияния воли народа (далеко не всегда согласного с властью) на законодательные органы и их решения. По инициативе президента в Конституцию Республики Беларусь за последние 11 лет внесено весьма много для этого срока поправок. Более того, поправки касаются именно тех статей Конституции, которые являются непосредственными гарантами фактического существования демократии и законности в стране. Можно приводить ещё множество примеров, однако суть их сводится к одному и тому же: политическая выгода амбициозных решений президента очень сомнительна как для народа, так и для чиновников, которые при одном и том же президенте очень часто меняются по первому же его желанию, однако политическая выгода этих решений для самого президента очевидна: они дают ему больше независимости от мнения народа, снимают с него фактическое несение ответственности за свои решения и поступки, а также дают ему гарантированную защиту от участи стать жертвой собственной политической машины. Конечно же, такое ведение политики требует её монополизации властью, о чём я уже упоминал ранее. Всё это говорит об авторитарном устройстве власти, которая, однако, пусть и в своих авторитарных целях, но всё же использует некоторые институты демократии.

В Беларуси регулярно проходят выборы президента, действуют судебные органы и пресса. Однако все эти институты, которые по сути должны служить народу и использовать демократию как руководство к действию, в действительности служат авторитарным интересам правительства. Это очень интересная особенность авторитарной системы Республики Беларусь. Находясь в центре Европы, Беларусь по легитимации власти не может быть похожа на КНДР, где вождь обожествляется не в переносном, а в буквальном смысле. Для того, чтобы не создать дополнительную угрозу самой себе, власть создаёт видимость использования демократических инструментов для определения воли народа. Однако для сохранения своего положения в верхушке политической системы президент убивает одновременно двух зайцев: использует демократические институты, однако заставляет их же служить авторитаризму. Конечно, это требует некоторых отличий работы демократических институтов от признанных принципов их работы в демократических странах. Но уже упомянутый мной формализм защищает их от критики в этом вопросе. Ведь формально они существуют... Например наш суд не является независимым, в прочем, как и пресса. В итоге получается, что пресса используется как инструмент пропаганды, суд – для привлечения к ответственности оппонентов власти по надуманным причинам, а выборы – для легитимации власти после истечения очередного президентского срока.

В таких обстоятельствах правозащитники и аналитики должны разбираться как в авторитаризме, так и в работе демократических институтов. Например для того, чтобы защищать интересы политического заключённого, необходимо разбираться в правилах работы судебных и законодательных органов, а также в законах, которые были использованы для привлечения подзащитного к ответственности, хотя в действительности сама ситуация может и противоречить как правилам работы суда, так и этим законам. Но если изначально демократический инструментарий используется не по назначению, то есть для пренебрежения демократическими ценностями, народ всё равно не может не считаться с существованием и методами работы правительственных институтов и государственного устройства, даже если эти институты и не руководят процессом в целом, а лишь повинуются воле президента.

В условиях недостаточной гражданской компетентности, которые являются для Республики Беларусь жестокой реальностью, среди людей можно заметить тенденцию к упрощению интерпретации происходящих политических событий. Можно в качестве примера снова рассмотреть человека, осуждённого по политическим мотивам. Люди отлично понимают, за что этот человек несёт наказание, но в лучшем случае очень плохо представляют механизм, который дал возможность этого человека осудить. По этой причине попытка даже не только защитить этого человека, но и просто проанализировать ситуацию, в которой тот оказался, очень часто обречена на провал. Это вызывает апатию общества, неспособного интерпретировать происходящие вокруг события, и развязывает руки власти, которая в корыстных целях пользуется слабостями этого самого общества. Это взаимное подогревание ведёт к ещё большему удалению всего государства от демократических ценностей. В это же самое время прокручиваются поколения, вырастают новые молодые люди, в том числе и будущие политики, личности которых формируются в условиях, которые никак нельзя назвать демократией, а во многих вопросах и вовсе оторваны от внешнего мира. Вырастают новые поколения людей, которые с детства сумели приспособиться к этим условиям, и воспринимают упомянутую выше монополию власти на занятие политикой как вполне нормальное явление, абсолютно не понимая, какими правами наделяет их конституция, и что им, возможно, имеет смысл потребовать от власти её строгого соблюдения. Проще говоря, они также вырастают некомпетентными гражданами.

Среди проблем и препятствий как белорусской демократии самой по себе, так и возвращению к ней, я бы выделил гражданскую некомпетентность, формализм общества и власти, бюрократию во всех сферах государственной деятельности, безропотность людей к монополизации политики, а также проблемы самоидентификации белорусов как этноса. В отличие, от многих других народов, белорусы говорят на языке соседей, и почти никогда не были независимым государством. Следовательно, степень мотивации к самобытности, в том числе и политической, совсем не такая, какая есть например у народа Франции. Остальные же проблемы так или иначе вытекают из гражданской некомпетентности белорусского народа, о причинах которой мы уже говорили. Она приводит к неспособности выделить среди претендентов на государственные посты самых талантливых и полезных для народа, к незнанию своих прав (в том числе и конституционных), неумению ценить основополагающие гражданские ценности (такие как государственная конституция, свобода суда и гласность), а также – неумение ими пользоваться даже в том случае, когда они появляются в распоряжении белорусского народа.

Становится очевидно, что основные характеристики политического режима нашей страны, хотя и удручающие с демократической точки зрения, но всё же требуют детального изучения экспертами, структуризации и выделения основополагающих постулатов, которые становятся необходимыми условиями для существования нашей политической системы. В качестве особенностей политической системы Республики Беларусь я бы выделил: гражданскую некомпетентность белорусского народа, мутацию демократических ценностей, посеянных в плохо очищенную почву (цитата С. Шушкевича), что сделало в нашей стране изначально демократические институты инструментами авторитаризма и залогом его существования. Конечно, есть и другие авторитарные страны, которые также используют тот же инструментарий и вообще уже давно проверенные способы удержания власти, которые были изобретены задолго до появления Республики Беларусь. Однако в нашей стране, из-за её географического расположения, перечисленные выше особенности являются ключевыми именно как особенности политической системы, а не только лишь как залог существования авторитарной власти, так как они не только фактически защищают положение президента, его власть и личную безопасность от посягательств оппонентов, но и дают ему козыри в глазах очень многих людей, которые хоть и не компетентные, но всё же граждане.

Boris Abramov.