Вспоминаю как в детстве на месте старых ветхих деревянных домиков люди возводили новые дома, которые в сравнении со старыми стенами казались верхом архитектурного мастерства. Новые стены строили прямо поверх старых. Гнилых брёвен становилось видно всё меньше, а новое полностью меняло вид из окна. Тогда я ещё не совсем понимал, почему бы людям просто не построить новый дом. А что было с теми старыми, которые оказывались внутри дома? Я так до сих пор об этом и не знаю.

Сегодня у меня была одна из многочисленных бесед с литовцем, который немножко рассказал мне о совке в Литве. Стоит ли кому-то объяснять, что имеется в виду? Вам наверняка не один раз приходилось слышать впечатления о Вильнюсе. На ряду с восторженными, часто можно услышать ключевые слова «такие же пятиэтажки, как и тут», «такие же гопники, как и тут» и тп. Я всегда не мог понять: неужели люди ожидали там не увидеть бомжей и советской постройки пятиэтажные дома? По-моему, очевидно, что в любой бывшей советской республике они есть. Это, однако, ещё не даёт никаких оснований ставить знак равенства между этими республиками.

Представьте себе человека, который родился в советской Литве. Для лучшего понимания сути метафоры, пусть этот человек будет русскоязычным. Он жил в одном из этих пятиэтажных домов, ходил в русскую школу. Все в его окружении говорили по-русски, все жили в большой стране. В этой стране Литва была республикой, объектом. Тем самым я хочу намекнуть, что абсолютно ничего в этой большой стране республика-объект не решала. Человек растёт, учится, развивается и строит свою жизнь, исходя из тех реалий, на которые опыт заставляет его ориентироваться. Проходят годы, и Литва становится независимым государством. Как объяснить этому человеку, что ему это выгодно?

Возникает проект «Литва». Это литовоязычная европейская страна, которая выбирает демократический путь развития, ломает практически все властные и организационные структуры, сменяя их новыми: примесью удачного опыта западной цивилизации и литовскими традиционными элементами. В качестве исторического фундамента прочно закрепляется Великое Княжество Литовское, в качестве общего врага — бывший оккупант. Всё это настолько предсказуемо, что даже не нуждается в комментариях. Можно сказать, что каркас проекта «Литва» готов. Но достаточно ли этого для того, чтобы заставить упомянутого выше человека трудиться на благо проекта? Думаю, что нет. Ведь ему это чуждо: абстрактный ВКЛ, канцелярская и бюрократическая неразбериха, внезапно свалившаяся ответственность за свою жизнь и необходимость выучить язык для того, чтобы снова стать полноценным. В таком случае нет необходимости ничего создавать, достаточно лишь правильно суть этого проекта человеку преподнести: не как необходимость что-то сделать во имя чего-то, что он не может представить, а как возможность, которую ему преподнесут при выполнении некоторых условий. Судя по тому, какая Литва сегодня, можно сказать, что эта ставка была верной.

Не следует при этом забывать, что человек познакомился с Литвой до появления этого проекта и воплощения его в реальность. А потому в его воспоминаниях Литва в немалой степени всегда будет республикой-объектом: несамостоятельной, русскоязычной, советской. В любом проявлении всего вышеупомянутого этот абстрактный человек будет видеть реальные стены дома, на которых выстроено нечто красивое по новому проекту. В то время как его сосед во времена советов наблюдал абсолютно ту же картину, только в качестве новых стен выступала Литовская ССР.

Когда человек говорит "в Литве такой же совок как и был", то это значит лишь то, что он спустился с трапа самолёта после Лондона, и увидел эти злосчастные пятиэтажки. Мы частенько забываем подметить то, что изменилось и что мы уже стали воспринимать как должное. Сосредотачиваем всё своё внимание на хрущёвках в Жирмунае и алкоголиках по улице Саулетико. А всё только потому, что есть люди, для которых слово «Литва» ассоциируется с неким проектом, у которого иногда вываливаются кирпичи.

Мне искренне жаль тех, кому сложно эту матрёшку анализировать, и я вам очень советую постараться. Потому что кирпичи однажды отваливаться перестанут, а старые брёвна, я надеюсь, вынесут на свалку истории. И если вы не сделаете над собой усилие, то вам придётся жить в доме, у которого даже внутри будут другие стены.

Boris Abramov, 2009-09-24.